Президент РФ Владимир Путин подписал Федеральный закон от 16.02.2022 № 11-ФЗ, который увеличивает с 400 млн до 800 млн руб. предельный размер выручки хозяйствующего субъекта для целей антимонопольного контроля.

При досудебном рассмотрении дела в антимонопольном органе сложно достичь баланса интересов сторон. Особенно ответчикам, которым бывает трудно получить доступ к информации по делу и обеспечить эффективную защиту своих прав. Решить ряд вопросов поможет корректировка правоприменительных подходов.

ФАС России определила основные принципы добросовестного поведения участников цифровых платформ. Предполагается, что следование этим правилам снизит антимонопольные риски. На чем основан новый инструмент мягкого регулирования и как он будет применяться?

ФАС России выпустила разъяснение о порядке внедрения комплаенс-систем. Открытым остался вопрос: станет ли регулятор принимать меры реагирования только на основании того, что в документах компании о комплаенсе есть положения, противоречащие законодательству.

Правительство РФ утвердило Национальный план развития конкуренции в РФ на 2021–2025 гг. Ключевые задачи его реализации – развитие малого и среднего предпринимательства, обеспечение эффективного и прозрачного управления госсобственностью, цифровизация антимонопольного и тарифного регулирования.

Стремительное развитие Интернета остро ставит вопрос о правовом регулировании общественных отношений в Сети, в том числе в сфере распространения рекламы. На это направлен Федеральный закон от 02.07.2021 № 347-ФЗ, которым, в частности, вводится система учета интернет-рекламы.

Антимонопольное ведомство опубликовало Разъяснение Президиума ФАС России от 02.07.2021 № 20 «О системе внутреннего обеспечения соответствия требованиям антимонопольного законодательства».

Активно обсуждаются инициативы по усовершенствованию государственной ценовой политики. Предпринимаются попытки усилить воздействие на ценообразование в определенных секторах путем установления допмеханизмов контроля цен. Но не все предлагаемые меры находят поддержку бизнес-сообщества.

Разберемся, что именно меняет подписанный 30 апреля 2021 г. Закон о принудительном лицензировании, какие вопросы остались без ответа и какие задачи еще предстоит решить.