Телефон подписки
8 (800) 555-66-00
6–7 октября 2022 г. в Алматы пройдет VIII Евразийский антимонопольный форум. Организаторы – Агентство Республики Казахстан по защите и развитию конкуренции, Центр защиты конкуренции, Альянс антимонопольных экспертов и Международный центр конкурентного права и политики БРИКС.
15 ноября 2022 г. Право.ru проведет ежегодный Litigation Forum, на котором эксперты в области судебного процесса поделятся опытом и знаниями, необходимыми для эффективной работы.
Главная /  Аналитика /  Крупнейший картель в РФ. Сложности расследования
Крупнейший картель в РФ. Сложности расследования

Батыр Точиев,

руководитель Ингушского УФАС России

Ахмед Аушев,

старший государственный инспектор Ингушского УФАС России

Опубликовано в журнале «Конкуренция и право» № 3, 2022 г.

В 2021 г. Ингушское УФАС России впервые в практике антимонопольного органа раскрыло сговор, реализованный с использованием государственных преференций производителям отечественной продукции. Как картелисты прибегали к «помощи» ведомства и спекулировали на правиле «третий лишний», почему расследование можно считать уникальным и с какими трудностями столкнулся регулятор? Расскажем об основных этапах этого прецедентного дела.

 

Нормативная база

В рамках Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) предусмотрен национальный режим, согласно которому в целях развития национальной экономики и поддержки российских товаропроизводителей нормативными правовыми актами Правительства РФ для целей закупок устанавливаются ограничения допуска товаров иностранного производства.

В частности, если на участие в торгах подано не менее двух заявок, предлагающих к поставке товар российского производства (либо товар, происходящий из государств – членов ЕАЭС), закупочная комиссия заказчика отклоняет предложения всех прочих участников с товарами иностранного производства (Постановление Правительства РФ от 05.02.2015 № 102 «Об ограничениях и условиях допуска отдельных видов медицинских изделий, происходящих из иностранных государств, для целей осуществления закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд», далее – Постановление № 102).

Таким образом, если на торгах обеспечена конкуренция между российскими производителями, то государство осуществляет закупку исключительно их товара.

 

Расследование Ингушского УФАС России в цифрах

 

7 месяцев

рассматривалось дело

160 тыс.

файлов изучено

3256 листов

занял анализ рынка по делу

1039 листов

занимает решение о нарушении



 

Этапы расследования

Этап 1. Рассмотрение жалобы

В июле 2019 г. в Ингушское УФАС России поступили жалобы ООО «МедСпб» на действия уполномоченного органа по определению поставщика – Комитета государственного заказа Республики Ингушетия (заказчик, далее – Комитет) при осуществлении трех закупок на поставку медицинских изделий: шприцов, систем переливания крови и др. В числе прочего компания указала, что в заявке конкурента предлагается к поставке товар российского производства. Такие жалобы вызвали подозрение ведомства: при добросовестном поведении до подведения итогов электронных торгов их участник не мог знать о составе заявок конкурентов.

Как сообщил во время рассмотрения жалоб по существу Комитет, «МедСпб» по телефону рассказал аукционной комиссии, что на участие в закупке поданы две заявки с предложением поставить российский товар. Следовательно, необходимо отклонить заявки остальных участников и допустить только двоих. Это также свидетельствовало о признаках сговора.

В ходе контрольных мероприятий УФАС обнаружило признаки сговора в действиях участников торгов при применении заказчиками национального режима по Постановлению № 102.

1. «МедСпб» и индивидуальный предприниматель имитировали конкуренцию путем подачи одновременно двух заявок, предлагающих к поставке товар отечественного производства. На аукционе один из участников отказывался от конкурентной борьбы в пользу другого. А госзаказчики отклоняли от участия в торгах остальные заявки, предлагающие к поставке товар иностранного производства.

2. Заявки и ценовые предложения были поданы с одного IP-адреса, который принадлежит ООО «Медико-производственная компания „Елец“» (далее – МПК «Елец»). На электронных почтах участников сговора авторизация осуществлялась также с одного IP-адреса.

3. В свойствах файлов заявок участников торгов обнаружены совпадения, указывающие на создание файлов на одном компьютере.

4. Зафиксированы денежные переводы между «МедСпб» и ИП.

5. Установлены многочисленные связи между участниками картеля, в том числе по фактическому месту нахождения, совпадения по номерам телефонов, электронных адресов и др.

На основании выявленных признаков нарушения УФАС решило провести комплексные контрольные мероприятия на предмет соблюдения Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции, Закон).

 

Этап 2. Возбуждение дела, проведение проверки

В декабре 2020 г. Ингушское УФАС России возбудило дело № 006/01/11-772/2020 и создало комиссию по его рассмотрению.

Обстоятельства дела указывали на причастность завода – производителя медицинских изделий (МПК «Елец») к деятельности картелистов (в том числе они реализовывали товар его производства). Поэтому с 16 декабря 2020 г. по 4 марта 2021 г. в отношении компании была проведена внеплановая выездная проверка. В ней помимо работников УФАС участвовали представители центрального аппарата Федеральной антимонопольной службы и ФБУ «Информационно-технический центр ФАС России».

 

Читайте также

Батыр Точиев: «Раскрыт самый крупный в истории нашей страны картельный сговор на торгах, охвативший 7000 закупок» // Конкуренция и право. 2022. № 1. С. 63–70.

 

В результате проверки выявлены множественные доказательства нарушения антимонопольного законодательства. Необходимость изучить столь обширную доказательную базу стала одной из сложностей при расследовании.

В частности, в помещении тендерного отдела завода:

  • обнаружены электронные цифровые печати членов картеля, что исключено при добросовестном поведении участников закупки;
  • велась отчетная деятельность всех участников картеля;
  • на рабочем компьютере имелась папка под названием «Фирмы» со всеми документами картелистов для подачи заявок;
  • на рабочих компьютерах обнаружены образцы документов, необходимых для имитации конкуренции на торгах и реализации схемы картеля.

 

 

Необходимость изучить обширную доказательную базу стала одной из сложностей при расследовании



Кроме того, УФАС нашло:

  • пустые бланки с оттисками печатей фигурантов дела;
  • скрины с личных кабинетов участников торгов;
  • компьютеры, с которых создавались заявки членов картеля, согласно свойствам файлов этих заявок;
  • банковские выписки, подтверждающие многократные переводы между всеми участниками антиконкурентных соглашений, в том числе по договорам займа;
  • многочисленные служебные записки, указывающие на наличие сговора в действиях участников торгов и координации их действий заводом;
  • копии паспортов и иные персональные данные участников картеля;
  • переписку, доказывающую, что все хозсубъекты находились в сговоре, отмечая, на каких торгах какие компании подают заявки;
  • памятку для сотрудника, где указано на необходимость системной работы и недопущения взаимной борьбы, что свидетельствует об организации картеля и координации заводом действий его участников. Это и стало главным прямым доказательством сговора.

 

 

9 млрд руб.

сумма закупок, охваченных сговором
 

 

Этап 3. Вынесение решения

УФАС установило доказательства сговора участников закупки и координации их действий производителем медизделий на всех этапах участия в госзакупках, в том числе:

  • совпадения в заявлениях, поданных участниками торгов на получение актов экспертиз и сертификатов о происхождении товара по форме СТ1, без которых невозможна реализация картеля с использованием принципа «третий лишний»;
  • ЭЦП участников и скоординированность их действий при подаче заявок;
  • обстоятельства участия в торгах;
  • взаимосвязь между участниками антиконкурентного соглашения на стадии исполнения обязательств по контрактам;
  • взаимосвязь на стадии обжалования итогов закупки в антимонопольном органе и арбитражных судах, включая однотипные методы обжалования;
  • ведение единого документооборота и отчетности по хозяйственной деятельности.

Сговор охватил порядка 7000 закупок по всей территории РФ: в Москве, Саратове, Перми, Республике Ингушетия, Ставропольском крае и др.

В августе 2021 г. Ингушское УФАС России признало, что хозсубъекты, заключив антиконкурентное соглашение, которое привело или могло привести к поддержанию цен на торгах, нарушили п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции.

МПК «Елец» признана нарушившей ч. 5 ст. 11 Закона путем координации экономической деятельности участников картеля. Таким образом компания добивалась реализации своего товара на более выгодных условиях, открывала для себя доступ к закупкам, при проведении которых заказчиками установлены ограничения для участников, не относящихся к субъектам малого предпринимательства (ст. 30 Закона № 44-ФЗ), а также исключала возможность внесения сведений о ней в Реестр недобросовестных поставщиков.

 

Этап 4. Наложение штрафов, оспаривание решения и штрафов

В октябре 2021 г. УФАС вынесло постановление о наложении на МПК «Елец» штрафа в 3 млн руб. «МедСпб» оштрафован на сумму свыше 1,2 млн руб., «Прайм» – более 140 тыс. руб. Трудности вызвало уведомление сторон о санкциях: до некоторых участников дела письма не доходят, поскольку их фактические адреса не совпадают с официально указанными.

Стороны дела активно оспаривают решение УФАС. Изначально они отрицали свое участие в нарушениях, но под натиском доказательств признали факт нарушений, отметив, что такое поведение – это вынужденная мера, связанная с несовершенством закона.

В марте 2022 г. Арбитражный суд Республики Ингушетия подтвердил факт координации действий МПК «Елец» и снизил размер штрафа до 2 млн руб. с учетом смягчающих обстоятельств: совершение правонарушения впервые, оказание содействия административному органу, прекращение правонарушения до вмешательства госоргана и др. (Постановление от 03.03.2022 по делу № А18-5579/2021).

Завод в иске не согласился с нарушением ч. 5 ст. 11 Закона о защите конкуренции, сославшись на то, что законодатель не представил регулятору дельты в виде «привело или могло привести». Как считает МПК «Елец», в отличие от п. 2 ч. 1 ст. 11, при привлечении по ч. 5 той же статьи антимонопольный орган должен четко установить факт поддержания цен на торгах, где осуществлялась неправомерная координация экономической деятельности.

Однако суд первой инстанции подчеркнул, что п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона признает картелем и запрещает соглашения между конкурентами, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах. В свою очередь, ч. 5 той же статьи устанавливает, что физическим лицам, коммерческим и некоммерческим организациям запрещено осуществлять координацию экономической деятельности хозсубъектов, если такая координация приводит к любому из последствий, указанных в ч. 1–3. Другими словами, такие действия приводят к последствиям, названным в п. 2 ч. 1 ст. 11, а в соответствующем пункте указано на наступление либо возможность наступления таких последствий.

 

Для информации

ФАС России передала материалы этого дела правоохранителям для рассмотрения вопроса о возбуждении разбирательства по ст. 178 «Ограничение конкуренции» УК РФ.

 

Ингушское УФАС России раскрыло самый крупный в РФ картель по количеству охваченных закупок. Это дело не только было масштабным и потребовало большого объема работы, но и помогло управлению извлечь уроки, как вести расследование картеля: это и опыт выездных проверок, и составление доказательной базы, и новые методы доказывания в суде.

Журнал «Конкуренция и право»
Читать    Подписаться

23 июня 2022 г.

Оставить комментарий


Внимание! Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.

Вход для пользователей       Зарегистрироваться



Опрос
Предлагаемые в пятом антимонопольном пакете меры достаточны для выявления и пресечения антиконкурентных практик цифровых платформ?