Телефон подписки
8 (800) 555-66-00





Читать    Подписаться
Новости и события

Тимофей Нижегородцев: стандартизация процедур закупок должна выйти на уровень клинических рекомендаций
24 мая 2019 г.

Кассация признала злоупотребление доминированием со стороны НМТП
24 мая 2019 г.

ФАС России заметила невыполнение нефтяниками условий заморозки цен на бензин
24 мая 2019 г.

Разработаны правила проведения электронного аукциона по продаже доли квоты вылова крабов в инвестиционных целях
24 мая 2019 г.

Все новости
 Самое читаемое

Ценовые предписания ФАС России и управление издержками и рисками компаний
Количество просмотров 17211
Антимонопольное регулирование США и Европы: проблемы сближения
Количество просмотров 12331
Сравнительная реклама в российском законодательстве
Количество просмотров 10647
Трансляция VII Петербургского Международного Юридического Форума
Количество просмотров 16705
Что такое антимонопольный комплаенс?
Количество просмотров 14475
 Обзоры

 Анонcы

«Комплаенс: расширение границ»
23 мая 2019 г. в Москве пройдет VIII ежегодная конференция международной комплаенс-ассоциации ICA «Комплаенс: расширение границ».
Полный текст
«Публичные закупки: проблемы правоприменения»
13–14 июня 2019 г. на юридическом факультете МГУ имени М.В. Ломоносова состоится VII международная конференция «Публичные закупки: проблемы правоприменения».
Полный текст
«Комплаенс и антикоррупция в России и СНГ»
27–28 июня 2019 г. в Москве состоится 6-я ежегодная конференция «Комплаенс и антикоррупция в России и СНГ», организованная компанией Dialog Management Partners.
Полный текст



Главная /  Выбор редакции /  Синергия антидемпинга и антитраста
Синергия антидемпинга и антитраста



Опубликовано в журнале «Конкуренция и право» № 6, 2018 г.


Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.05.2018 № 68 определен алгоритм оценки последствий для конкуренции в ЕАЭС при применении в отношении внутреннего рынка защитных мер. О том, для каких случаев такая оценка обязательна, кто ее инициирует, какие результаты могут повлиять на решение Комиссии использовать или не использовать подобные защитные инструменты, мы беседуем с директором Департамента антимонопольного регулирования ЕЭК Алексеем Геннадьевичем Сушкевичем.

 

– Алексей Геннадьевич, в каких случаях подготовка антимонопольным блоком ЕЭК заключения с выводами о последствиях воздействия защитной меры на конкуренцию будет обязательной процедурой?

– Ответ на этот вопрос содержится в пункте 221 Приложения № 8 к Договору о ЕАЭС1.

Там четко сказано: если в течение двух календарных лет, предшествующих дате начала расследования, доля производителя, который инициировал или поддержал заявление о проведении такого расследования, позволяет квалифицировать его положение на рынке как доминирующее, антимонопольный блок Комиссии готовит заключение об оценке последствий этой меры для конкуренции. Уточню, что имеется в виду доля производителя на рынке Союза аналогичного или непосредственно конкурирующего товара, которая равна или превышает 35 процентов.

Запрос на подготовку заключения нам направляет ответственное за проведение расследования подразделение ЕЭК – Департамент защиты внутреннего рынка. Причем мы можем получить его не только в начале, но и в процессе расследования.

 

– На основании каких данных Департамент защиты внутреннего рынка выявляет условия, которые требуют заключения антимонопольного блока?

– Департамент опирается на информацию, которую ему предоставили поддержавшие заявление хозяйствующие субъекты. При этом надо понимать, что в работу идут заявления только тех участников рынка, чья суммарная доля на нем превосходит пороговые значения: 50 процентов, когда речь идет о специальной защитной мере, и 25 процентов – об антидемпинговой или компенсационной.

Эти данные позволяют выявить крупных производителей, которые с большой вероятностью доминируют на рассматриваемом товарном рынке.

Взять, скажем, одно из последних расследований в отношении графитированных электродов. В этом случае все было очевидно. На территории ЕАЭС только один производитель таких электродов со 100-процентной долей производства на рынке, что дает веские причины для вывода о признаках его доминирующего положения.

 

– Департамент антимонопольного регулирования может сам инициировать оценку последствий защитных мер для конкуренции?

– Да, мы постоянно отслеживаем все расследования и в ряде случаев действуем на опережение. Если у нас возникают обоснованные подозрения, что на данном рынке есть субъект-доминант, обращаемся в Департамент защиты внутреннего рынка с письмом, в котором просим направить нам запрос на подготовку заключения.

 

– Решением Коллегии ЕЭК № 68 утверждены четкие требования к содержанию заключения антимонопольного блока Комиссии в отношении союзного рынка. А какую информацию ждете от антимонопольных органов государств – членов ЕАЭС, которым, в свою очередь, направляете запрос предоставить данные по оцениваемому рынку каждой страны?

– Мы ждем от них информацию о составе потребителей и производителей товара – объекта расследования внутри страны и выводы о том, какое возможное воздействие на них и на состояние конкуренции на соответствующем рынке каждого государства окажет предлагаемая мера.

Пока идет настройка процесса взаимодействия в этой части с антимонопольными ведомствами стран Союза.

 

– Как участники расследования и заинтересованные лица узнают, что будет проводиться оценка последствий влияния защитной меры на конкуренцию?

– В уведомлении о его начале нет информации о том, что предлагаемую меру оценят через призму последствий для конкуренции. Но, поверьте, участники прекрасно знают нормы Договора о ЕАЭС и понимают, в каких случаях потребуется заключение антимонопольного блока.

Кроме того, не забывайте, что есть и другая группа заинтересованных лиц: не производители товара, которые подверглись, предположим, демпинговому импорту, а его потребители. Сторона, которая может пострадать от введения защитной меры и которая как раз заинтересована в осуществлении антимонопольной экспертизы.

Уверяю, потребители не только четко отслеживают уведомления о начале расследований, но и мобилизуют нас.

Вернемся к примеру с графитированными электродами. Если производитель этого товара на территории Союза один, то потребителей – металлургических предприятий, выполняющих электроплавку стали с помощью таких электродов, десятки.

От металлургов в инициативном порядке сразу пошли письма и вся необходимая информация об исследуемом рынке. Их аргумент был такой: введение защитной меры привело к увеличению доли расходов на эти электроды в общей стоимости выплавляемой стали в десять раз.

 

– Какие выводы, сделанные в заключении антимонопольного блока ЕЭК, будут свидетельствовать об отрицательном влиянии предлагаемой к применению защитной меры на конкуренцию?

– Во-первых, вывод о том, появится или нет на рынке локальный монополист или не усилится ли рыночная власть какого-либо субъекта.

Во-вторых, прогноз ценовой динамики. И здесь действуют достаточно простые экономические закономерности: если на рынке возрастает концентрация, то ценовая динамика становится все более независимой от спроса.

Давайте рассмотрим на примере. В ноябре 2017 года была введена антидемпинговая пошлина в отношении ряда иностранных поставщиков на рынке уголков стальных горячекатаных. А изделие используется во множестве отраслей, и без него любое строительство практически невозможно.

Что мы видим в итоге? Спрос на эти уголки стагнирует. Спустя год он остался почти на прежнем уровне, колебания незначительные. Но вот цена на них выросла на 12–13 процентов.

Объяснение простое: крупный конкурент ушел с рынка, концентрация увеличилась, что вызвало такую ригидность и жесткость ценовой динамики, которая перестала реагировать на спрос. К тому же мы движемся и по стальным цельнокатаным колесам для железнодорожного транспорта, на этом товарном рынке ситуация несколько иная: на фоне признаков дефицита складывается тенденция роста цены товара.

О подобных антимонопольных рисках мы и предупреждаем Коллегию ЕЭК.

Большое достижение Решения № 68 в том, что наше заключение входит в комплект документов с итогами антидемпингового или компенсационного расследования к заседанию Коллегии. Выводы антимонопольного блока видят все министры и, голосуя за решение вводить или нет защитную меру, взвешивают потери от возможного искажения конкуренции в виде, скажем, отрицательной ценовой динамики или дефицита на рынке для потребителей, с одной стороны, и ущерб отрасли от возросшего или демпингового импорта – с другой. Будет ли приобретение от введенной меры превосходить потери от ограничения конкуренции? Целесообразно ли с учетом всех рисков ее применять?

 

– При принятии решения будут учитываться на паритетных началах ущерб от демпингового импорта и вред конкуренции?

– Сейчас преобладает мнение, что демпинговый импорт опаснее негативных последствий для конкуренции. Ее ценность и убывание этой ценности пока не настораживает так, как хотелось бы.

Мы считаем, что защитные меры должны быть экстраординарным шагом, их введение не может превращаться в рутину: такие решения должны быть единичными.

 

– Заключение, если оценка последствий для конкуренции была проведена, может оспариваться в Суде ЕАЭС? А бездействие ЕЭК, выраженное в том, что такую экспертизу не проводили?

– Оспаривание решения Коллегии ЕЭК о введении защитной меры возможно, нашего заключения – нет, поскольку это внутренний акт Комиссии.

Бездействие же ЕЭК, выраженное в том, что она не провела оценку последствий на соответствующем товарном рынке, вполне может быть обжаловано. Но такая практика не стала и вряд ли станет массовой, поскольку антимонопольный блок сам проявляет инициативу в этом вопросе.

 

– Может быть обжаловано решение Коллегии, если оно мотивировано именно заключением антимонопольного блока? Например, участником расследования, который поддерживал защитную меру, если ее в итоге не ввели из-за вероятных отрицательных последствий для конкуренции?

– Такое вполне возможно. Орган, издавший акт, должен будет доказывать в суде его законность и обоснованность нашего заключения, исходя из которого принято решение использовать или нет такой защитный инструмент.

 

– Заключение подготовлено, расследование завершено, допустим, введением защитной меры. Но ведь состояние конкуренции на том или ином рынке не статичное. Проводится оценка последствий после того, как она заработала?

– Да, в случаях, когда Коллегия дает нам поручение, мы раз в полгода ее информируем и готовим заключения о динамике цен на товары на рынках Союза, которые находятся под защитной мерой. В частности, сейчас анализируем и предоставляем данные о ценах на те же уголки и колеса для железнодорожного транспорта.

По результатам мониторинга цен могут быть выявлены признаки нарушения общих правил конкуренции.

 

О личном

 

Что Вас вдохновляет?

Труды ученых-подвижников.

 

Какая эпоха Вам созвучна?

Эпоха перемен.

 

Как Вы считаете, риск – благородное дело?

Не люблю риск.

Интервью подготовила

Оксана Бодрягина,

шеф-редактор журнала «Конкуренция и право»

1 Договор о Евразийском экономическом союзе (подписан в Астане 29.05.2014).


27 декабря 2018 г.

Оставить комментарий


Внимание! Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.








 

№ 1, 2019 (январь-февраль)

 Опрос

Какие законодательные шаги необходимо предпринять в первую очередь для эффективного развития конкуренции на уровне ЕАЭС?