
Модератор клуба и главный эксперт журнала Елена Соколовская, прежде чем открыть дискуссию, напомнила, что институт коллективного доминирования появился в России в 2006 г. с момента принятия Закона о защите конкуренции. И за время существования этой концепции, по ее словам, на практике были выявлены спорные моменты, в частности:
«Российская конструкция этого института существенно отличается от доктрины, принятой и выработанной в ЕС, – отметила модератор. – Согласно европейской трактовке для применения концепции коллективного доминирования необходимо доказать три факта. Первое: компании, которые могут быть объединены в „коллектив“, должны представлять собой некую общность с единой рыночной стратегией по отношению к конкурентам, контрагентам и потребителям. Второе: компании совместно могут быть признаны занимающими доминирующее положение. И третье: злоупотребление коллективным доминированием возможно только совместно всеми компаниями, которые признаны коллективно доминирующими».
Далее Елена Соколовская передала слово начальнику Правового управления ФАС России Артему Молчанову и попросила его прокомментировать сложившиеся в РФ подходы при рассмотрении дел о нарушениях участников коллективного доминирования.
Представитель антимонопольного ведомства начал с ключевого вопроса: необходимость оценки совместного поведения участников «коллектива» для доказывания факта злоупотребления доминирующим положением. «Обращусь к судебной практике. Еще в 2010 году при рассмотрении резонансного дела ОАО „ТНК-ВР Холдинг“ Президиум ВАС РФ сделал вывод, что в делах о злоупотреблении коллективным доминированием не нужно доказывать наличие между участниками взаимосвязи. Такой подход стал ориентиром для последующей практики антимонопольного органа и судов. По нашему мнению, сформулированная 10 лет назад позиция ВАС РФ с точки зрения сегодняшнего положения дел не устарела и не опровергнута более поздними решениями судебных инстанций», – сказал он. Спикер добавил, что ВС РФ делает похожие выводы: злоупотребление доминирующим положением устанавливается независимо от поведения других участников «коллектива». «Таким образом, мы видим разделение вопроса на две плоскости, – резюмировал Артем Молчанов. – С одной стороны, состояние коллективно доминирующего субъекта, которое налагает на него определенный правовой режим в виде запретов по статье 10 Закона о защите конкуренции. С другой – его поведение, которое в случае нарушения этих запретов образует состав нарушения».
Выступающий особо подчеркнул, что для признания коллективного доминирования недопустимо ограничиваться только количественными критериями, важно исследовать качественные характеристики рынка. Именно эти факторы позволяют оценить, есть рыночная власть или нет. И в части 3 ст. 5 Закона о защите конкуренции четко на это указано.
«Недостаточное понимание вопроса о качественных характеристиках приводит к недопониманию концепции коллективного доминирования, – предупредил докладчик. – Простые же решения этого вопроса – к предложениям оценить связь между коллективно доминирующими субъектами исходя не из их экономического положения, а из их действий. Но тогда в самом деле будет стерта грань, и мы не увидим разницы между злоупотреблением коллективным доминированием, соглашениями и согласованными действиями». В результате, по его словам, возникает риск серьезной методологической ошибки признать обладающих рыночной властью коллективных доминантов участниками картеля или увидеть тактику реализации ими согласованных действий.
Елена Соколовская спросила, продолжит ли ФАС России придерживаться подхода, что в составе коллективного доминирования злоупотребить своим положением может только один субъект. «Да, именно так определено на уровне закона и таким образом складывается практика», – подтвердил представитель антимонопольного ведомства. Он разъяснил, что каждый несет ответственность за те действия, которые виновно совершает. Если есть факт доминирования, противоправного поведения, отрицательных последствий для рынка в виде ограничения конкуренции и причинно-следственная связь между этими составляющими, то компания будет отвечать за свои действия при наличии вины.
«Даже когда мы говорим о ситуациях, если у участника в составе „коллектива“ небольшой процент доли рынка, скажем чуть более восьми? Есть ли реальная рыночная власть у такого субъекта, которой можно индивидуально злоупотребить?» – дополнила свой вопрос модератор. По мнению Артема Молчанова, поскольку рыночная власть возникает в результате коллективного доминирования как состояния рынка с несколькими основными игроками, у каждого из хозяйствующих субъектов в составе «коллектива» есть определенная возможность влиять на условия обращения товара. Она позволяет индивидуально злоупотребить коллективным доминирующим положением, а такое поведение должно влечь ответственность.
Следующим выступил директор департамента судебной и административной практики ПАО «МТС» Андрей Пьяных, который рассказал о проблемах применения института коллективного доминирования. Он обратил внимание на трактовку положений ч. 1 и 3 ст. 5 Закона о защите конкуренции.
Так, один из обязательных критериев доминирующего положения – возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара (ч. 1 ст. 5). Наличие рыночной власти у компании подразумевается при ее доле на рынке более 50%. При этом закон прямо допускает, что даже при такой большой доле участник рынка может не быть доминирующим, если опровергнуто наличие указанного признака. Однако в положениях ч. 3 ст. 5, где речь идет о коллективном доминировании, такая возможность прямо не предусмотрена. «При коллективном доминировании этот критерий не работает? Или все же законодатель, вводя институт коллективного доминирования, хотел урегулировать ситуации возможного злоупотребления доминирующим положением только в отношении тех субъектов, кто на это реально способен?» – предположил спикер.
Он призвал не толковать нормы ч. 3 ст. 5 буквально, а исходить из экономического содержания концепции коллективного доминирования. В противном случае при трактовке этих положений без взаимосвязи с общими нормами о доминировании (ч. 1 той же статьи) складывается парадоксальная ситуация: инструменты антимонопольной защиты, наоборот, сдерживают конкуренцию. «А любые серьезные и смелые с точки зрения ведения бизнеса шаги растущего конкурента находятся под риском преследования по статье 10 Закона и наказания», – предостерег Андрей Пьяных.
Немало вопросов, по мнению выступающего, вызывает проведение антимонопольным органом анализа изменения размера долей на рынке в качестве одного из критериев для установления коллективного доминирования. Анализ охватывает лишь период совершения предполагаемого правонарушения, а дальнейшее положение игрока на рынке – после его совершения, на момент рассмотрения дела регулятором – не исследуется. А ведь такое изучение могло бы показать, например, что доля какого-то субъекта из состава коллективно доминирующих значительно изменилась. В этом случае признание любых действий игрока и его цен нарушением становится юридически невозможным. Однако, если поведение и цены субъекта не меняются, это доказывает, что они не являются следствием злоупотребления «доминирующим положением». Иными словами, важно смотреть в целом на состояние конкуренции, которая зависит не только от размера долей субъектов на рынке. «А было ли тогда вообще нарушение, или в той ситуации так сработал рынок? И нужно ли государству вмешиваться в рыночные отношения? Нет ли здесь риска подменить естественное регулирование административным?» – такие вопросы поставил Андрей Пьяных, предложив продолжить дискуссию своим коллегам-спикерам.
Член Ассоциации антимонопольных экспертов Игорь Башлаков-Николаев в первую очередь акцентировал внимание на отрицательном эффекте доминирования для всех хозяйствующих субъектов, доминирующих как коллективно, так и индивидуально. Согласно положениям Национального плана развития конкуренции, утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2017 № 618, компании-доминанты на определенных рынках обязаны продавать товары на бирже. «Тогда по действующей концепции коллективного доминирования получается, что хозсубъекты с 8-процентной долей рынка обязаны реализовывать товар на бирже. Конечно, это необоснованные ограничения для таких лиц», – заключил эксперт.
Выступающий также прокомментировал правовую позицию ФАС России. По его словам, ведомство определяет коллективное доминирование как молчаливое соглашение, для которого не требуется установления субъективного взаимодействия участников «коллектива» и допускается индивидуальное злоупотребление этим доминированием.
Спикер считает, что такое упрощение института коллективного доминирования недопустимо, поскольку приводит к серьезным экономическим и правовым последствиям. Например:
По мнению Игоря Башлакова-Николаева, допустимость индивидуального злоупотребления коллективным доминированием ведет к тому, что такое доминирование начинает основываться на односторонних эффектах ограничения конкуренции в отличие от согласованных эффектов, характерных для этого института. «В итоге индивидуальное злоупотребление коллективным доминирующим положением в российской интерпретации превратилось в индивидуальное злоупотребление индивидуальным доминирующим положением участника коллективного доминирования», – резюмирует он.
Вместе с тем, если обратиться к конкретным составам злоупотребления доминирующим положением, станет понятно, что невозможно обеспечить индивидуальное злоупотребление без поддержки иных участников «коллектива». И это, полагает выступающий, обязательный элемент доказывания в подобных делах. Но, к сожалению, практика свидетельствует об обратном. «В последних делах о злоупотреблении коллективным доминирующим положением, в частности в связи с необоснованным отказом в заключении договора, факт обращения „потерпевшей“ стороны после такого отказа к другим участникам рынка регулятором не выяснялся. То есть связь и поведение участников коллективного доминирования не исследовались», – пояснил он.
Завершая выступление, эксперт поставил вопрос: возможно ли вообще такое состояние рынка, как коллективное доминирование? По его мнению, в той конструкции, что закреплена в Законе о защите конкуренции, невозможно. Коллективное доминирование имеет право на существование, но только если будет обеспечено:
Заведующий кафедрой конкурентной и промышленной политики экономического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, директор Центра исследований конкуренции и экономическ