Возможности vs риски

Версия для печати Печатать

Опубликовано в журнале «Конкуренция и право» № 1, 2017 г. 

Создание единого экономического пространства в пределах ЕАЭС, безусловно, открывает большие возможности для бизнеса. Повышаются ли антимонопольные риски? Каково соотношение плюсов евразийской интеграции и таких рисков? Какие меры рекомендуется принимать для их устранения? Антимонопольными лайфхаками делятся представители бизнеса.

 

«ЕАЭС – молодой союз, поэтому сейчас главное – не менять правила регулирования бизнеса»

 

Сергей Колесников,

президент корпорации «ТехноНИКОЛЬ», общественный представитель Уполномоченного при Президенте РФ по защите прав предпринимателей в сфере антимонопольного законодательства

 

Компания «ТехноНИКОЛЬ» представлена на всей территории ЕАЭС: производственные площадки размещены в России и Белоруссии, в ближайшее время планируется построить завод по производству теплоизоляции в Казахстане. В Киргизии и Армении мы представлены через торговых партнеров.

Наша практика показывает, что в странах ЕАЭС антимонопольных барьеров не существует. Антимонопольные органы не влияют на решение инвестора, строить или нет на территории Союза завод, открывать ли представительство. Для инвестора важны наличие рынков сбыта, инфраструктуры, транспортных возможностей по доставке грузов, специфика налогообложения, расчет экономики проекта. Если инвестор будет организовывать свой бизнес, исходя из нерыночных принципов, он прогорит. Наша задача на любых рынках, не только в ЕАЭС, – завоевать доверие потребителя, продемонстрировать, что наша продукция качественная, эффективная и соответствует всем современным стандартам.

Правильнее оценивать условия ведения бизнеса в целом, ведь антимонопольное регулирование – одна из составляющих инвестиционного климата. Нельзя сказать, что на рынках стран ЕАЭС нет проблем, их много, но ситуация постепенно улучшается. Например, в Италии вести бизнес сложнее, чем в России. В Казахстане власти позитивно относятся к инвесторам, стараются помочь реализовать проект в короткие сроки и эффективно.

На вопрос, какие необходимы меры на официальном уровне, чтобы устранить риски и барьеры для бизнеса, ответ простой: не создавать их. ЕАЭС – молодой экономический союз, поэтому именно сейчас важно не ограничивать рыночное поведение компаний и, самое главное, не менять правила регулирования бизнеса. Это поможет выстроить хорошо работающую систему и наладить взаимодействие участников. К сожалению, в России именно на данном этапе происходит сбой. Например, за шестой созыв депутаты Госдумы приняли 2200 законов. Не мне объяснять юристам, что после каждого закона необходимо принять большое количество нормативных актов на разных уровнях управления.

Нестабильные правила игры снижают инвестиционную привлекательность российской экономики, что негативно сказывается на развитии нашей страны. Важно, чтобы в тех сферах, которые будут регламентировать нормативные акты ЕАЭС, ситуация была более стабильной.

 

«С созданием ЕАЭС антимонопольные риски ожидаемо повышаются» 


Эльвира Дубовская,

руководитель юридической поддержки NBS («Новартис Бизнес Сервисез»), группа компаний «Новартис» в России

 

Одним из барьеров можно считать противоречивую компетенцию Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) как наднационального антимонопольного органа по сравнению с компетенцией национальных органов (в частности, ФАС России). Порядок антимонопольного контроля наднационального уровня регулируется специальным Приложением № 19 к Договору о ЕАЭС (далее – Договор). Согласно этому документу ЕЭК должна пресекать нарушения, если они оказывают либо могут оказывать негативное влияние на конкуренцию на трансграничных рынках.

При этом по-прежнему нет четкого определения трансграничного рынка.

В свое время Высший Евразийский экономический совет утвердил критерии отнесения рынка к трансграничному1, то есть такому, который охватывает территорию двух и более государств – участников ЕАЭС. Была сделана попытка конкретизировать признаки трансграничности рынка: среди них были выделены непременная поставка товара с территории одного государства-члена ЕАЭС на территорию другого государства-участника, а также поставка товара извне (из третьих стран, не являющихся членами ЕАЭС) на территории двух и более государств-участников. Но, несмотря на это, по-прежнему остается ряд вопросов.

Так, пока неясно, какой орган будет определять трансграничность рынка и нарушения на нем. Договор о ЕАЭС не регулирует этот вопрос, а напрямую передать такую функцию либо в национальные антимонопольные органы, либо в ЕЭК – значит создать своего рода конфликт интересов. Также неясно, под компетенцию каких органов подпадает нарушение, которое непосредственно затрагивает территорию только одной страны, однако рынок при этом соответствует всем критериям трансграничности. Неопределенность может повлечь злоупотребления порядком и процедурой антимонопольных разбирательств как на национальном, так и на наднациональном уровне.

При создании ЕАЭС преследовались благие цели:  развивать бизнес, обеспечить выход на новую территорию и значительно расширить доступ потребителей к товарам. В идеале плюсов у евразийской интеграции должно было быть несоизмеримо больше, чем антимонопольных рисков. В свою очередь, у таких рисков должен был появиться несколько иной ракурс с учетом трансграничности рынка. Однако значительных изменений не ожидалось, поскольку национальное законодательство стран-участников во многом совпадает.

Но на практике возникает много вопросов, ответы на которые, видимо, можно будет получить, только когда единый рынок ЕАЭС начнет работать в полную силу. В частности, согласованные действия хозяйствующих субъектов, подпадающие под запрет в соответствии с российским законодательством, прямо не запрещены Договором. При этом никто не отменяет нормы части 3 статьи 3 Федерального закона от 26.07.2006 № 135 «О защите конкуренции» о том, что положения настоящего Закона не распространяются на отношения, урегулированные едиными правилами конкуренции на трансграничных рынках, контроль соблюдения которых относится к компетенции ЕЭК.

Означает ли это, что при буквальном толковании с учетом приоритета норм права ЕАЭС согласованные действия субъектов более не запрещены? На практике, конечно, в это мало верится, однако при сравнении пакетов документов такой вывод кажется  вполне логичным.

Получается, что с созданием ЕАЭС антимонопольные риски ожидаемо повышаются. Более точно их можно будет оценить только на практике.

В последнее время все актуальнее становится введение антимонопольного комплаенса. Под ним понимается система мер, которые компания разрабатывает и применяет в целях минимизации антимонопольных рисков в процессе своей ежедневной деятельности.

Группа компаний «Новартис» на протяжении многих месяцев  разрабатывает комплекс таких мер для использования в своих дивизионах. В ближайшее время планируется создать внутренние политики и процедуры, направленные на регулярную оценку рисков и мониторинг деятельности компании.

На специальных тренингах для ключевых сотрудников сквозь призму их функционала будут разъясняться основные положения и нововведения антимонопольного законодательства.

Своевременная разработка комплекса таких мер и их регулярное применение способствует минимизации антипонопольных рисков, повышению прозрачности деятельности компании и ее взаимотношений с контрагентами.

 

1 См.: Решение Высшего Евразийского экономического совета от 19.12.2012 № 29 «Об утверждении Критериев отнесения рынка к трансграничному».


Журнал «Конкуренция и право»
21 февраля 2017 г.

Оставить комментарий


Внимание! Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.

Вход для пользователей       Зарегистрироваться