Телефон подписки
8 (800) 555-66-00





Читать    Подписаться
Новости

Суд подтвердил законность штрафа ФАС в отношении ПАО «МОЭК»
17 июня 2019 г.

Госдума поручит ФАС проверить навязывание банками страховых услуг
17 июня 2019 г.

Правительство Самарской области и две компании вступили в антиконкурентное соглашение
17 июня 2019 г.

Госдума приняла закон об административной ответственности за нарушения при исполнении госконтрактов в сфере гособоронзаказа
16 июня 2019 г.

Все новости
 Самое читаемое

Ценовые предписания ФАС России и управление издержками и рисками компаний
Количество просмотров 17330
Антимонопольное регулирование США и Европы: проблемы сближения
Количество просмотров 12596
Сравнительная реклама в российском законодательстве
Количество просмотров 11125
Трансляция VII Петербургского Международного Юридического Форума
Количество просмотров 17147
Что такое антимонопольный комплаенс?
Количество просмотров 14754
 Обзоры

 Анонcы

«Комплаенс и антикоррупция в России и СНГ»
27–28 июня 2019 г. в Москве состоится 6-я ежегодная конференция «Комплаенс и антикоррупция в России и СНГ», организованная компанией Dialog Management Partners.
Полный текст



Главная /  Главные сюжеты /  Принудительное лицензирование: возможные...
Принудительное лицензирование: возможные последствия для России


Президент компании «Фармасинтез» Викрам Пуния на встрече Президента РФ с российскими предпринимателями[1] выступил c инициативой внедрить механизм принудительного лицензирования на российском рынке лекарственных препаратов. Основная идея заключается в том, чтобы в целях выполнения задачи государства по обеспечению граждан лекарствами принудительно передавать на определенный срок лицензию иностранной компании на производство оригинального препарата российским производителям с выплатой правообладателям «справедливого» вознаграждения.

 

В качестве признаков, при наличии которых следует рассматривать возможность принудительного лицензирования, перечисляются отказ иностранных производителей от поставки препаратов в РФ, установление необоснованно высоких цен для российского рынка и пр.

Следует отметить, что ГК РФ в той или иной мере уже содержит нормы о принудительном лицензировании. В частности, ст. 1362 устанавливает механизм, согласно которому выдача принудительной лицензии возможна при определенных условиях в случае, если изобретение, полезная модель или промышленный образец не используется либо недостаточно используется патентообладателем, что приводит к недостаточному предложению соответствующих товаров на рынке. Статья 1360, в свою очередь, дает Правительству РФ право в интересах обороны и безопасности разрешить использование изобретения, полезной модели или промышленного образца без согласия патентообладателя с уведомлением его об этом в кратчайший срок и выплатой ему соразмерной компенсации.

Однако указанные положения ГК РФ в России не применялись и не распространяются на рынок лекарственных средств. В связи с этим ФАС России, поддерживая рассматриваемую инициативу, предлагала[2]внести изменения в Кодекс и Закон о защите конкуренции[3], установив основания и порядок принудительного лицензирования. Этими поправками предлагалось наделить антимонопольную службу полномочиями обращаться в суд на основании поручения Правительства РФ с заявлением о предоставлении принудительной лицензии лицу, заинтересованному в производстве соответствующих лекарственных препаратов в РФ. Предполагалось, что решение суда о выдаче лицензии должно содержать ограничение срока ее действия, а также предусматривать компенсацию правообладателю.

Но Правительство РФ на основании заключений профильных министерств (промышленности и торговли, здравоохранения, экономики) отказалось поддерживать эту инициативу. В частности, оно отметило, что на сегодня в России осуществляется локализация производства большинства импортных лекарственных препаратов с неистекшим сроком патентной защиты. В случае внедрения механизма принудительного лицензирования возможно снижение инвестиционной привлекательности отрасли, в том числе для иностранных производителей, реализующих проекты по локализации[4].

Принудительное лицензирование, с нашей точки зрения, нерыночный способ воздействия на лиц, обладающих патентной защитой, которым она дается не случайно, а именно для целей предоставления возможности иностранным фармацевтическим производителям окупить огромные инвестиции в разработку и производство оригинальных лекарств. В антимонопольном законодательстве РФ уже предусмотрено достаточно средств[5] борьбы с необоснованно высокими ценами на оригинальные препараты, на рынке которых ввиду наличия патентной защиты у производителей образовалось доминирующее положение, в том числе путем влияния на действия иностранных компаний за пределами России. Правоприменительная и судебная практики РФ, со своей стороны, накопили положительный опыт[6] противодействия недобросовестному поведению зарубежных компаний – доминантов на российском рынке.

ФАС России в качестве аргумента в поддержку принудительного лицензирования приводит примеры его применения в таких странах, как ЮАР, Малайзия, Индия, Бразилия. Безусловно, хорошо, что российский антимонопольный орган принимает во внимание практику конкурентных ведомств иных государств. Однако представляется, что следует изучить опыт не только стран БРИКС, но и государств с развитой рыночной экономикой. Так регулятор сможет составить более объективную картину применения этого механизма в мире и принять правильное и взвешенное решение о необходимости и целесообразности его использования в России.

С учетом изложенного думается, что принудительное лицензирование является избыточной и чрезмерно жесткой мерой для российского фармацевтического рынка. Его внедрение может спровоцировать уход иностранных производителей, лишить их стимула для инноваций и новых изобретений и сократить налоговые поступления в российский бюджет от зарубежных инвесторов.

 

Елена Соколовская,

главный эксперт журнала

«Конкуренция и право»



[1] Встреча с активом Клуба лидеров // http://kremlin.ru/events/president/news/51263.

[2] Игорь Артемьев: интеллектуальная собственность священна // http://fas.gov.ru/press-center/news/detail.html?id=45121.

[3] Федеральный закон от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

[4] Правительство закрыло рынок для дешевых копий запатентованных лекарств // http://www.rbc.ru/business/28/04/2016/572249729a79476115b525d0?from=main.

[5] Например, установление необоснованно высокой цены на лекарственный препарат может быть квалифицировано антимонопольным органом как установление монопольно высокой цены (п. 1 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции).

[6] См.: Постановление судьи ВС РФ от 9 ноября 2015 г. по делу № А40-42997/2014.


26 мая 2016 г.

Оставить комментарий


Внимание! Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.








 

№ 2, 2019 (март-апрель)

 Опрос

Какие законодательные шаги необходимо предпринять в первую очередь для эффективного развития конкуренции на уровне ЕАЭС?